?

Log in

Пт, 20 дек, 2013, 10:14
mytilena: Сказка о том, что было, и ечго не было

Он крепко держался когтистыми лапами за каменные выступы здания и смотрел вниз. Зима в этом году была удивительной - дождь шел гораздо чаще, чем снег, поэтому там, внизу, всегда было полно народу. Люди протискивались по узким извилистым улочкам, задевая друг друга рукавами, бесконечно разговаривали на всех языках мира и роняли монетки в расщелины между квадратными камнями мостовой. Хотелось пить, язык покрылся рыжеватым налетом, похожим на ржавчину, и желтыми пятнами лишайника. Дождевая вода от жажды не спасала.
Иногда старожилы приводили на угол дома группу туристов, тыкали пальцами наверх и рассказывали жадным до сказок туристам байки о чудовищном существе, застывшем на краю крыши. Приезжим говорили разное: о змее, родившемся в реке Сене, да расплодившемся по всему миру, о драконах с кожей, похожей на камень, притворившихся статуей, чтобы подпустить поближе зазевавшегося прохожего, кто-то даже рассказывал об архитекторе, продавшем душу дьяволу, чтобы построить самое прекрасное здание в Праге, и превращенном в уродливую гаргулью по окончанию строительства. Существо дожидалось, когда толпа рассеется, втягивало свой длинный язык и сглатывало осевшую во рту пыль, пытаясь побороть жажду.
Туристам болтали многое, местные жители же предпочитали молчать о том, что знали.
Иногда старики, перебрав пива в соседнем кабачке, возвращались домой по кривой улочке, задирали, пошатываясь, голову вверх и грозили каменной фигуре пальцем. Ходили слухи, что раньше, когда еще были живы прадеды, гаргулья была господином, одетым по последней моде. Жил тот господин в прекрасном особняке, приказывая каждое утро опускать тяжелые портьеры, заказанные где-то за границей за сумасшедшие деньги. Что было внутри, никто не знал. Господин не принимал у себя никого из горожан, и даже самым именитым не случалось войти в массивную дверь, украшенную барельефами. Однако по ночам жители соседних домов частенько слышали музыку, просачивавшуюся сквозь толстые каменные стены, и видели свет в огромных окнах особняка. Ходили слухи, что там пляшут черти, изгнанные когда-то Болеславом Благочестивым с Петршина, а в самую темную ночь таинственного господина навещает сам дьявол.
Поговаривали, что перед обаянием владельца особняка не могла устоять ни одна девица, а потому матери и бабки настрого запрещали смотреть в лицо франтоватому господину, и уж тем болеее с ним говорить. Бывало, что по вечерам господин прогуливался по улицам и мостам с разряженными красотками, а через некоторое время где-нибудь на берегу Влтавы находили обескровленное тело с искаженным от ужаса лицом, в котором никто не мог узнать кого-то из пропавших знакомых.
Терпение жителей было не таким крепким, как ярость, порожденная скорее завистью к скрытному богатому господину, чем страхом, поэтому в одну из ночей люди выломали крепкую дверь и ворвались к нему в дом, разливая по коридорам пламя факелов. Они обыскали все комнаты, перевернули сундуки и шкафы, обшарили чердак и даже сунулись на крышу. На самом углу кто-то с перепугу заметил темную фигуру, уронил со страху факел прямо себе под ноги, и пока смельчак тушил загоревшиеся штанины, над городом показалось солнце. Оно залило крышу золотисто-розовым светом, и мужчины, наконец выбравшиеся из чердачного окна, нашли только когтистую каменную гаргулью с перепончатыми крыльями, сидевшую на краю крыши. Окна и двери особняка заколотили досками, а детям строго-настрого запретили играть на той улице.
Гаргулья продолжала смотреть вниз, где ночь развела по домам почти всех прохожих. Драконоподобное существо пошевелило затекшими крыльями, потянулось и подняло голову к темному небу, туда, где показался просвет между облаками. Голубоватый свет струей хлынул на крышу, потек по углам и окнам. Гаргулья изогнула длинную шею и принялась лакать прохладный лунный свет, утоляя жажду. Напившись, существо вытянуло лапу, достало до тучи, опустившейся ниже других, подцепило своим длинным когтем маленькую звезду, заплутавшую в густом тумане и отправило себе в рот. Звезда хрустела и покалывала язык. Было так хорошо и уютно этой лунной ночью сидеть на углу старинного дома и поглядывать вниз.